ЯЛТИНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ СЕКРЕТНЫИ КОД ОПЕРАЦИИ АРГОНАВТ- Обзор

Уборная для «Д

Некоторые непосредственные участники конференции приехали в Крым с ближайшими родственниками. С президентом Соединенных Штатов Америки Франклином Рузвельтом была дочь Анна Беттигер. Вообще, его, прикованного к инвалидному креслу, во время поездок, как правило, сопровождал родственник. Анне в свою очередь помогала дочь посла США в Советском Союзе Аверелла Гарримана Кэтлин, которая, кстати, владела русским языком. Тем более что помощь требовалась Анне, выступавшей хозяйкой во время торжественных приемов в Ливадийском дворце, что стал на время конференции американской резиденцией.

В Ливадию, преодолев более 100 км на автомобиле, американский президент с дочерью прибыли с аэродрома под Саками, где приземлился его лайнер. По свидетельствам, которые приводит журналист Джон Толланд, «на дороге не было никакого движения, и только вооруженная охрана в длинных, тяжелых, безупречно затянутых ремнями шинелях стояла вдоль обочины через каждые сто метров».

«На некоторых были надеты каракулевые папахи, на других — фуражки с ярко-зеленым, голубым или красным верхом, — пишет он в своей книге «Последние дни Рейха». — Каждый охранник брал «на караул», когда лимузин проходил мимо них. Анна Беттигер потянула отца за рукав. » Посмотри, — сказала она с изумлением. — Как много среди них женщин!» На перекрестках стояли девушки в форме, у каждой в руках красный и желтый флажки. Если дорога была безопасной, то девушка давала сигнал желтым флагом, затем засовывала оба флажка под мышку и лихо отдавала честь правой рукой. Все это произвело впечатление на американцев, и они теперь были уже более уверены в безопасности своего президента».

Сын Рузвельта Эллиот позже в своих мемуарах рассказывал о том, что в Ливадии американскую делегацию встретила Кэтлин Гарриман. » Все делегаты были очень утомлены; они приняли ванну, пообедали и отправились спать», — отмечал он.

В письмах близким из Крыма Анна писала: «Жизнь быстро принимает определенный порядок. За завтраком президент просматривает почту и диктует ответы на письма». Обходя поутру комнаты важных членов делегации, она собирала у них всю необходимую информацию, с которой шла к отцу. Затем они вместе обсуждали полученные сведения.

Помогавшая Анне Кэтлин Гарриман в письме тогдашней невестке британского премьер-министра Уинстона Черчилля Памеле Черчилль признавалась, что одним из недостатков здания Ливадийского дворца был дефицит туалетов, который вызывал немалое недовольство у поселенной там делегации и однажды затронул даже самих руководителей трех держав. В один из дней конференции во время перерыва в заседании Сталин, которого на Западе называли «Дядюшкой Джо», быстрым шагом вышел из конференц-зала в поисках уборной.

«Д. Д. ( Дядюшке Джо) показали туалет, но он сразу вышел — это была умывальная, туалета там не было. К тому времени расположенную поблизости уборную уже занял премьер-министр, и наши ребята из посольства отвели Сталина черт знает куда — вниз по коридору, где был следующий оттуда туалет. В этой неразберихе сталинские офицеры НКВД разминулись, и начался хаос — они начали носиться туда-сюда, перешептываясь между собой. Думаю, они решили, что американцы устроили похищение или что-то в этом роде. Через несколько минут в дверях появился невозмутимый Д. Д. и порядок был восстановлен!»

Крымский Балморал и букет для Клементины

Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль прибыл в Крым также с дочерью. Офицер Женской вспомогательной службы ВВС Сара Оливер-Черчилль не скрывала восторга от полуострова: «Мы тут как сыр в масле катались. Прелесть». Описывая построенный по проекту английского архитектора Эдварда Блора Воронцовский дворец, где разместили британскую делегацию, она упоминала украшавшие стены картины из московских музеев, персидские ковры на полу, крахмальные белые скатерти на столах вкупе с одетыми во фраки управляющими (еще и в белых галстуках!).

Младшая сестра Сары Мэри Соамс во время поездки по Крыму в 2007 году рассказывала, что путешествие в Крым вызвало у Сары восхитительные впечатления. » Она была необыкновенно тронута тем чрезвычайным гостеприимством, которое на конференции оказали английской делегации», — подчеркнула Соамс.

Не скрывая восторга от творения великого Блора, один из членов британской делегации даже назвал Воронцовский дворец «Балморалом в готическом стиле». Как известно, Балморал — это шотландский замок на берегу реки Ди в области Абердиншир, частная резиденция английских королей в Шотландии.

Страшно подумать, что всего этого архитектурного и дизайнерского великолепия могло и не быть, если бы не сотрудник Воронцовского дворца-музея Степан Щеколдин, предотвративший взрыв уникального строения во время отступления гитлеровцев из Крыма весной 1944 года. Во время Ялтинской конференции он уже трудился на лесоповале в тайге (всему виной стало сотрудничество с оккупантами, продиктованное исключительно необходимостью сохранить музей). Благодаря Щеколдину дворец продолжал функционировать как музейное учреждение и до, и во время войны. Поэтому неудивительно, что к началу 1945-го в залах первого этажа, уставленных ценной художественной мебелью и редкими предметами декоративно-прикладного искусства, висели живописные полотна.

Черчилль, который до начала конференции жаловался на место ее проведения, называл Ялту худшим в мире местом, где свирепствует тиф, по прибытии на Южный берег быстро сменил гнев на милость. » Когда мы пересекли горы и спустились к Черному морю, мы внезапно ощутили тепло, яркий солнечный свет. Климат здесь очень мягкий», — признался он позже.

«Красный Крест» Клементины

На полях конференции в личной беседе со Сталиным британский премьер затронул вопрос о помощи английским военнопленным, которые после освобождения Красной Армией из немецкого плена оказались в так называемых лагерях перемещенных лиц, также он вел речь и об их отправке пароходами на родину. Для этого Черчилль предлагал задействовать средства Красного креста, который в то время возглавляла его супруга Клементина.

Вопросы были решены положительно, и уже в апреле 1945-го миссис Черчилль прибыла в Советский Союз. Выполнив все дела, она любезно приняла приглашение представителей советского Красного Креста посетить Крым.

На полуострове супруга премьера Великобритании, как и ее муж за пару с половиной месяцев до этого, побывала в разрушенном Севастополе. Организаторы визита удовлетворили ее просьбу остановиться в той же комнате Воронцовского дворца, где во время Ялтинской конференции проживал супруг. В течение четырех крымских дней Клементина Черчилль побывала в детском лагере «Артек», Никитском ботаническом саду и Доме-музее Антона Чехова в Ялте, где в Книге почетных гостей оставила отзыв. Экскурсию по Белой даче зарубежной поклоннице творчества писателя провела ее хозяйка, родная сестра Чехова и хранительница музея Мария Павловна. При этом Чехова преподнесла гостье букет фиалок из сада, который возделывал выдающийся брат.

Усиленное питание и медвежий сувенир

С начальником личного штаба Черчилля, первым секретарем НАТО генералом армии Гастингсом Исмеем, назвавшим Ялтинскую конференцию бесполезной в военном и угнетающей в политическом отношении, можно согласиться лишь в одном: в гастрономическом отношении та была несомненно приятной. Советские организаторы встречи начали потчевать высоких зарубежных гостей прямо на аэродроме под Саками, где приземлились самолеты с британской и американской делегациями. Столы с угощением накрыли в установленной там палатке. Американский лидер под предлогом позднего завтрака от посещения палатки вежливо отказался, в то время как Черчилль охотно согласился отведать приготовленные яства. По воспоминаниям адмирала флота Николая Кузнецова, британский премьер «с явным удовольствием угощался русской водкой и икрой».

Вообще, питание участников саммита было организовано по высочайшему без преувеличения разряду. Начиная с богатого во всех смыслах меню и заканчивая безупречным внешним видом официантов. В Воронцовском дворце, где не только располагалась делегация Великобритании, но и проводились заседания министров иностранных дел стран-союзников, находились вазы с фруктами, бутылки минеральной воды и графины водки. А на обед, как замечал в письме жене замглавы британского МИД Александр Кадоган, гостям подавали «икру, копченый лосось, водку и много другой еды, включая мандарины». Стоит ли после этого удивляться впечатлению сотрудницы секретариата Британского военного кабинета Джоан Брайт, заявившей, что в Крыму «еда была сказочной». А однажды во время обеда Сара Оливер-Черчилль упомянула, что никогда не пробовала котлет по-киевски. Не прошло и часа, как официант подал ей порцию желанных котлет.

Исследуя предпочтения советского вождя, историки отмечают, что в 1944-1945 годах «не меньшее значение в кулинарном репертуаре Сталина стала играть общеевропейская дипломатическая кухня, усиленная русскими великолепными закусками из красной и черной икры и соленой и копченой красной рыбы». На этом фоне неслучайным выглядит данный советским лидером 8 февраля обед (правда, назначенный на 21.00), одно из ярких событий конференции.

«Советскими кулинарными «сенсациями» стало, помимо уникальных русских закусок, жаркое из дичи — рябчики, куропатки, тетерева, оленина, лосятина, домашняя птица», — рассказывают историки русской кулинарии Сергей Пушкарев и Оксана Захарова. По их словам, один из участников веселого и непринужденного застолья подсчитал, что в течение четырех часов его участники произнесли 45 тостов и имели возможность отведать 20 блюд.

Сталин распорядился подготовить в дорогу покидавшим Крым лидерам делегаций наборы желанных продуктов. Бывший на конференции переводчиком офицер внешней разведки Виктор Зегаль в интервью изданию «Совершенно секретно» рассказывал, что начальник охраны Сталина Николай Власик поручил ему узнать, какие из угощений во время конференции понравились американскому президенту.

По словам ветерана спецслужб, насчет кулинарных пристрастий Рузвельта он поинтересовался у двухметрового темнокожего мажордома, который сопровождал лидера США. » Он с большой готовностью согласился мне помочь, и уже на следующий день я держал в руках требуемый список: икра черная и красная, балык, лучшие сорта копченой колбасы, осетровая рыба, крабы, коньяки, массандровские вина, водка, чача и специально выпущенный к Ялтинской конференции шоколадный набор конфет «Союзнические», — вспоминал Зегаль. Чача оказалась в списке потому, что во время одного из застолий Сталин назвал грузинскую чачу лучшей водкой. Эти слова вызвали явное оживление у Рузвельта, которое вождь народов не оставил без внимания. Надо сказать, что для транспортировки вип-«продпайка» на аэродром в Саки понадобился «грузовичок». Не менее объемными были съедобные дары, преподнесенные Черчиллю.

В президентской библиотеке-музее имени Франклина Рузвельта, что расположена в округе Датчесс штата Нью-Йорк, поныне хранятся подаренные главе США Сталиным рукавицы из медвежьей шерсти и пачка папирос «Салют Родины» (13 штук). В коллекции также есть червонец, подписанный некоторыми членами американской делегации, в том числе дочерью президента Анной Беттигер. И хотя на банкноте упоминаются «маршал Сталин», «премьер-министр Черчилль», «президент Рузвельт» и его пресс-секретарь Стивен Ирли, своих автографов на купюре они не оставляли.

Подаренные Иосифом Сталиным Франклину Рузвельту рукавицы из медвежьей шерсти

Пачка подаренных Иосифом Сталиным Франклину Рузвельту папирос «Салют Родины»

Папиросы внутри пачки, подаренной Иосифом Сталиным Франклину Рузвельту

Советский червонец с подписями членов американской делегации — участников Ялтинской конференции

Секретная операция «Аргонавт». Ялта 4-11 февраля 1945 г. Часть 3

От Сак до Ялты можно было проехать по трем основным дорогам. Через Севастополь и невысокий  Байдарский перевал вдоль  южного берега Крыма до Ливадии. Второй  путь лежал  по царской дороге через ст. Сюрень, что находится между Севастополем и Бахчисараем  и далее через  высокогорный перевал Ай-Петри и далее дворец. И третий путь проходил через Симферополь и Ангарский перевал, Алушту  и далее Ялта.

Война еще не закончилась и Крым, как предполаемое место встречи глав трех государств находился  под пристальным вниманием германской разведки. Немцы недавно ушли из Крыма, но на полуострове осталась разветвленная сеть их резидентов, сотрудников полиции и немецкой администрации городов и сел.

Для охраны трассы, по которой должны были проехать руководители правительственных делегаций  в Крым прибыли более 3000  бойцов и офицеров НКВД, СМЕРШа и других специальных подразделений, среди которых было много женщин. Все они  были расставлены вдоль трассы  от Сак через перевал Ай-Петри до Ялты и обеспечили безопасный проезд правительственных кортежей.

После  освобождения  Крыма от германских войск прошло чуть более полугода, и  дворцы Южного Берега Крыма были в состоянии принять делегации. Премьер-министру Великобритании сэру У. Черчиллю был отведен под резиденцию Алупкинский дворец. Дело в том, что история создания этого дворца  (его  также называют Воронцовским),  очень тесно связана с Великобританией. Еще в 1823 году русский знаменитый вельможа,  приближенный императора  Николая  I,  граф М. С. Воронцов приобрел земли в Алупке, где решил создать свое главное имение.

Получив образование в Англии, где его отец С. Р. Воронцов был долгое время послом, граф, будучи страстным поклонником английских элементов в искусстве, активно привлекал к работе английских зодчих. Уже в 1824 году в Алупку приехал Ф. Эльсон,  который построил так называемый «Старый дом» и расположенный на берегу «Чайный домик» в формах английского классицизма. Проект же основного дворца был исполнен английским  королевским архитектором Э. Блором в 1832 году.  Руководство строительством осуществляли британцы Гейтон и Гунт.  Поэтому английские  элементы, конечно же, очень сильны,  хотя само здание Блор спроектировал в мусульманском стиле.  В английском стиле создан также один из парков дворца.

По этой причине сэру У. Черчиллю был отведен именно этот дворец, а часть делегации Великобритании разместилась также на английском военном корабле «Франкония», стоявшем на рейде Ялты. Президенту США Ф. Рузвельту был отведен Белый дворец в Ливадии, а советская делегация во главе со И. Сталиным разместилась в бывшем Юсуповском дворце.

За несколько дней до начала конференции был объявлен список лиц, входящих в правительственную делегацию от Военно-Морского Флота СССР. Возглавлял Военно-морскую группу  нарком Кузнецов. Кроме него включены были: командующий ВВС ВМФ маршал авиации Жаворонков, вице-адмирал Кучеров, контр-адмирал Бологое и вице-адмирал  В. Касатонов.

Гарриман также заявил, что «президент высказал мысль, что, может быть, маршал Сталин во второй половине дня 4 февраля заедет к нему для личной встречи. После этой личной встречи, по мнению президента, могло бы состояться официальное заседание с участием  Черчилля».

Молотов ответил, что ему известно мнение маршала Сталина по вопросу, затронутому Гарриманом. Маршал Сталин, считаясь с удобствами президента, предлагает, чтобы все заседания проходили в доме, где остановился президент. Маршал Сталин считает целесообразным начать совещание с обсуждения вопроса о Германии. При этом маршал Сталин предлагает сначала обсудить военную часть, а затем политическую   часть этого вопроса».

С этого рабочего момента берет начало Крымская конференция.

4 февраля, в 12 часов, министр иностранных дел Великобритании А. Иден прибыл в Юсуповский дворец на встречу с В. М. Молотовым, которая продолжалась 30 минут. На этой встрече были согласованы вопросы повестки дня первого пленарного заседания, место совещания руководителей трех союзных держав — Ливадийский дворец, примерная продолжительность конференции (5—6 дней). Иден вышел с предложением опубликовать коммюнике о встрече и обосновал причины этого действия. Молотов на это заметил,  «что  это  зависит от  желания  наших   гостей».

В 15 часов И. В. Сталин посещает У. Черчилля в Воронцовском дворце и в 16 часов — Ф. Рузвельта в Ливадийском дворце.

Встреча И. В. Сталина и Ф. Рузвельта проходила в кабинете президента. Во время продолжительной беседы затрагивались   различные военные и политические вопросы.

Надо отметить, что Рузвельту очень понравилась Ливадия. Он уже до встречи со Сталиным успел осмотреть окрестности этого замечательного места, и кинохроника подтверждает это.

Сохранились кинокадры, когда Рузвельт с дочерью на машине объезжает Ливадийскнй парк. При встрече со Сталиным он говорит, «что он чувствует себя в Ливадии очень хорошо. Когда он не будет больше президентом, он хотел бы попросить у Советского правительства продать ему Ливадию. Он очень любит лесоводство. Он посадил бы большое количество деревьев на горах вблизи Ливадии».

После этой беседы Сталин, Рузвельт и Черчилль, который прибыл в Ливадийский дворец к 17 часам, прошли в большой зал дворца на первое пленарное заседание Крымской  конференции.

По долгу гостеприимства глава советской делегации предложил избрать председателем конференции Ф. Д. Рузвельта. Рузвельт считал для себя большой честью открыть совещание.

«Руководители трех держав, — заявил  Рузвельт, — уже хорошо понимают друг друга, и взаимопонимание между ними растет. Все они хотят скорейшего окончания войны и прочного мира».

Работа конференции началась с обзора положения на фронтах. Информацию   положения   на   советско-германском фронте сделал  заместитель   начальника   Генерального   штаба Красной Армии генерал Антонов. Он доложил об успехах известного январского наступления на фронте от Немана до Карпат, где главный удар наносили армии маршалов Жукова, Рокоссовского и Конева. За 18 дней наступательных операций советские войска разгромили 45 немецких дивизий, продвинулись на 500 км и вышли на реку Одер. Было заявлено, что Красная Армия будет продолжать наступление.

От союзников с информацией выступил начальник американской армии генерал Маршалл. В дальнейшем обсуждение военных вопросов было перенесено на регулярно собиравшиеся совещания представителей штабов СССР, США, Великобретании в Кореизе, где размешалась советская делегация.

Второе и последующие пленарные заседания конференции были посвящены    обсуждению политических вопросов. Так, одной из важнейших   политических  проблем  был  вопрос о будущем Германии.

После определенных дискуссий пришли к выводу необходимости создания плана оккупационных зон в Германии, определенных Европейской  консультативной комиссией, где советская зона оккупации   устанавливалась    к   западу   от   реки   Одер, Англия должна была оккупировать Северо-Западную Германию, США —  Юго-Западную.

Предлагалось по согласованию с временным французским правительством выделить четвертую зону оккупации для Франции, за счет зон оккупации США и Англии.

Верховную власть в Германии должны были осуществлять главнокомандующие вооруженными силами союзных держав, каждый в своей зоне. Все вопросы общегерманского характера должны были решаться Центральной  контрольной комиссией (позднее — Союзный контрольный Совет  для Германии), т. е. устанавливался контрольный механизм  выполнения условий капитуляции Германии и дальнейший контроль.

По американскому плану Германию надо было превратить в страну «полей и  пастбищ». Черчиль предлагал разделить Германию на северную, включая Пруссию, и южную, включая Австрию-Баварию, с тем, чтобы Рур и Вестфалия находились под международным контролем.

По настоятельному требованию советской делегации, которая выступила против расчленения Германии как экономического и политического целого, был снят этот вопрос с обсуждения.

В решении конференции было записано о демилитаризации Германии, уничтожении фашизма в стране. Руководители трех правительств решили: «Нашей непреклонной целью является уничтожение германского милитаризма и нацизма и создание гарантий в том, что Германия никогда больше не будет в состоянии нарушить мир всего мира».

«А также необходимо: разоружить и распустить все германские вооруженные силы и их Генеральный штаб; изъять или уничтожить германские вооружения; воспретить военное производство и установить контроль над всей промышленностью Германии; подвергнуть всех преступников справедливому наказанию».

Так как Советский Союз никогда не отождествлял немецкий народ с гитлеровской кликой, то по настоянию СССР в решение конференции было записано: «В наши цели не входит уничтожение германского народа».

Было принято решение о репарациях. Только прямой ущерб, нанесенный фашистскими захватчиками на оккупированных территориях Советского Союза составил 128 млрд долл. Было достигнуто соглашение: учредить репарационную комиссию, место ее работы — Москва. Общая сумма по репарациям определялась 20 млрд. долларов, 50% этой суммы должно отойти СССР.

Черчилль упорно возражал против такой суммы. Подписав соглашение о репарациях, он оговорил, что такая сумма  не  может   быть принята  английской  стороной.

Советская сторона предложила взимать репарации не деньгами, а натурой: во-первых, одновременным изъятием оборудования фабрик и заводов, судов, подвижного состава железных дорог и т. п.; во-вторых, товарными поставками в течение 10 лет.

На пленарных заседаниях обсуждался также вопрос о создании международной организации для обеспечения мира и безопасности.

Как  Советский   Союз,   так  и  США  были  заинтересованы  в   создании такой организации. Советское правительство придавало большое значение созданию ООН, полагая, что она сможет послужить одним из средств предотвращения новой мировой войны.

После обсуждений принципа голосования в Совете  Безопасности была принята формула, что решение вопросов, касающихся  поддержки мира, считаются принятыми в Совете Безопасности, если за них поданы голоса всех членов Совета (из 11), включая совпадающие голоса всех постоянных членов Сонета (СССР, США, Англии, Франции, Китая).

Было принято решение 25 апреля   1945   года  созвать  конференцию Объеденненых Наций  в Сан — Франциско, чтобы  принять устав ООН. С ША и Великобритания   обязались  поддержать  предложение СССР о допуске    Украины   и   Белоруссии  на  учредительную конференцию ООН.

Важное  значение  имела принятая на   конференции   «Декларация  об освобожденной Европе». Этот   документ  определял  принципы  политики   трех  держав  в  отношении  народов, освобожденных от господства   фашистской   Германии, и государств – ее бывших  союзников. Он подтверждал право освобожденных народов создавать демократические учреждения по их собственному выбору.

Одним из сложных вопросов конференции явился польский вопрос. Эта проблема обсуждалась в Крыму на шести из восьми пленарных заседаний. Дело   в   том,   что   польские   земли   освобождались   советскими  войсками   совместно  с польскими   частями,   и   на момент Крымской конференции реальная власть в Польше принадлежала  временному  польскому правительству в Варшаве. Наряду с этим правительством  существовало и эмигрантское правительство в Лондоне, с которым   поддерживали связь американское и английское правительства.

На конференции в Крыму по существу речь шла о том, будут ли восстановлены прежние порядки и Польша снова станет частью   антисоветского «санитарного  кордона».

Рузвельт и Черчилль, прекрасно зная, что уже невозможно сделать так, чтобы Советское правительство могло повернуться лицом к реакционному эмигрантскому польскому правительству, предложило создать новое правительство Польши.

Даже британский премьер отметил, что, хотя Великобритания признает польское правительство в Лондоне, состав и политика его таковы, что он «не считает нужным встречаться с членами этого правительства». « Но Великобритания интересуется Польшей потому, что это дело чести Великобритании».

В документе Крымской конференции по польскому правительству было записано, что на базе Временного правительства сформировать правительство Национального единства путем включения в него деятелей демократического толка как из самой Польши, так и из-за рубежа. В дальнейшем этот вопрос был решен в соответствии с волей польского народа, когда были проведены в 1947 году свободные выборы.

Что касается границ Польши, то восточная граница была определена по так называемой «линии Керзона».

Решения по польскому вопросу носили компромиссный характер, т. е. эти решения отражали фактическое положение Польши, и они явились такой основой, на которой в будущем, хотя и не без трудностей, был окончательно решен вопрос о польском правительстве.

На Крымской конференции делегация США придавала большое значение достижению твердой договоренности о вступлении СССР в войну против японских агрессоров.

По мнению начальников штабов США и Великобритании во время их встреч в Ялте, проходивших параллельно с переговорами глав правительств трех держав, необходимо было 18 месяцев для разгрома Японии после окончания войны в Европе.

Военные руководители в то время, пока дипломаты обсуждали политические проблемы, решали свои задачи. Адмирал Н. Г. Кузнецов рассказывает в своих воспоминаниях «От Ялты до Потсдама». « Расскажу, к примеру,  об одном совещании военных, которое состоялось 6 февраля. На нем присутствовали, кроме генерала армии А. И. Антонова и автора этих строк, генерал лейтенант Грызло. От США на  совещании были: Леги, Маршалл, Кинг, Кук и Дин. От Англии Брук, Порталл, Кэнингхэм, Вильсон, Исмэй, Сомервил и Арчер.

А. И. Антонов любезно предложил кресло председателя адмиралу флота В. Леги как старшему по званию и положению. Уже в ходе состоявшихся совещаний глав правительства военным было поручено разобраться и выработать план совместных действий авиации союзников над Германией. Объяснялось это тем, что к февралю 1945 г. налеты союзной авиации значительно расширились, а объекты бомбежек нашей авиации и союзников располагались уже совсем недалеко друг от друга. Важно было своевременно установить разграничительную линию, дабы исключить ошибки с тяжелыми последствиями.

Помнится, по поводу разграничителей линии разгорелся горячий спор. Все точки над «i» поставить не удалось. Приняли формулировку: дать указания военным миссиям США и Англии в Москве держать более тесную связь с нашими Генеральным штабом и чаще информировать о действиях авиации».

Возникли также вопросы о базировании американской авиации на аэродромах, уже освобожденных нашими войсками и расположенных поближе к Вене и Будапешту. Наше руководство, однако, не видело в этом большой нужды.

Главы правительств к 6 февраля уже договорились о перспективах войны на Дальнем Востоке, и военные получили возможность в конце совещания перенести свои взоры с запада на Тихий Океан. Докладывал американский адмирал флота Э. Кинг. Начал он с того, что нужно добиваться скорейшего разгрома Германии, а после этого получить подкрепления с европейского театра, занять позицию и начать решительное наступление на Японию.

Здесь полезно напомнить, что атомной бомбы еще не было, американцы постепенно продвигались к Японским островам, но были все еще далеки от победы над Японией. Участие Советского Союза в войне с ней западные союзник считали крайне желательным.

Кинг на этом совещании сказал: «Передовая линия, удерживаемая нами, в настоящее время проходит по Атту, Марианском островам и Луссону». Говоря О будущих планах и, в частности, о захвате одного из островов Курильской гряды, адмирал откровенно пояснил, что «отсутствие средств не делает маловероятным осуществление таких операций в 1945 г., если не будут изысканы «дополнительные ресурсы».

Для продолжения борьбы с Японией требовались, прежде всего, людские ресурсы. Англия их выделить не могла. Подобно тому как перед конференцией потребовалась наша помощь в Арденнах, так в преддверии упорного сопротивления японцев на последнем этапе борьбы союзники не мыслили обойтись без вступления в войну Советского Союза. Их крайне заботил вопрос о сроках вступления Советского Союза в войну с Японией. Чем скорее, тем лучше — таков был лейтмотив рассуждений союзников. Как известно, Советское правительство дало обещание через два-три месяца после окончания войны в Европе начать военные действия на Дальнем востоке. И это обещание было точно выполнено.

В дни конференции советскую военную делегацию беспокоил и еще один вопрос: получение из США по ленд-лизу некоторого количества кораблей для Тихоокеанского флота. Окончательно решить его могли только главы делегаций СССР и США. Шли дни, а этот вопрос все еще не решался.

Видимо, горячие споры по политическим проблемам отодвигали его на задний план. Выбрав удобный момент, адмирал Н. Г. Кузнецов как-то обратился к Сталину по этому поводу, но он уклончиво ответил, что не пришло еще время. И только несколько дней спустя стало известно, что Сталин и Рузвельт в принципе договорились о поставках Советскому Союзу кораблей и адмиралу Н. К. Кузнецову следует окончательно уточнить детали с американским главнокомандующим ВМФ.

9 и 10 февраля адмирал Н. Г. Кузнецов встретился с Э. Кингом. Оказалось, он получил указания от своего президента о передаче Советскому Союзу такого количества кораблей, которое найдет возможным военно-морское командование США. Кинг обещал полностью удовлетворить нашу заявку, но окончательный ответ отложил до возвращения в Вашингтон.
Н. Г. Кузнецов и Э. Кинг подробно обсудили вопросы о месте передачи кораблей. Кинг назвал бухту Коулд-бей на Алеутской гряде. Н. Г. Кузнецову оспаривать было трудно, хотя ему и не нравилось это глухое место. Но, очевидно, желание избежать массовых встреч американских и советских моряков побудило Кинга принять именно такое решение.

По прибытии в Вашингтон Э. Кинг телеграфировал адмиралу Н. Г. Кузнецову, что наш Тихоокеанский флот получит 30 фрегатов, 24 тральщика типа «АМ», 36 тральщиков типа «УМС», 56 больших охотников за подводными лодками, 48 торпедных катеров и 60 различных десантных судов.

Сформированные команды для этих кораблей немедленно направились во Владивосток, а оттуда на попутках или специальных транспортах попадали в далекую и неуютную бухту Коулд-бей.

В последний день работы конференции, 11 февраля, Сталин, Рузвельт и Черчилль во время обеда в столовой президента подписали Коммюнике конференции и Соглашение, в котором предусматривалось, что Советский Союз вступит в войну против Японии на стороне союзников через два—три месяца после разгрома Германии.

При подписании Коммюнике главы правительств согласились передать его текст по радио в понедельник, 12 февраля 1945 года, в 23 часа 30 минут по московскому времени, одновременно в Москве, Лондоне и Вашингтоне. На следующий день Коммюнике было опубликовано в центральной прессе СССР, США, Великобритании.

Ялтинская конференция: секретный код операции — «Аргонавт». Часть I

политика, новости, общество, крым дипломатический, крым в истории: секреты, факты, фото, ялта-45

16:49 10.02.2016 (обновлено: 17:56 14.09.2018)

В то же время встреча «Большой тройки» не ограничивалась только принятием геополитических решений. Были официальные и неофициальные приемы, неформальные встречи, остановки в пути, многие из которых до сих пор окутаны тайной.

Не Мальта, не Сицилия, не Рим. В Ялту!

Первая встреча Сталина, Рузвельта и Черчилля состоялась в ноябре 1943 года в Тегеране. На ней были определены предварительные сроки высадки союзников в Европе в 1944 году.

Сразу после Тегерана-43 и высадки союзнических войск во Франции в июне 1944 года главы трех государств в личной переписке начали зондировать почву о проведении встречи. По свидетельству историков, первым затронул тему о новой конференции, или как сейчас принято говорить, саммите, президент США Франклин Рузвельт. В одном из своих посланий к Сталину он пишет: «в скором времени следовало бы устроить встречу между вами, Премьер-министром и мною. Г-н Черчилль полностью с этой мыслью согласен».

Встречу первоначально предполагалось устроить в Северной Шотландии, Ирландии, затем на острове Мальта. Среди возможных мест встречи назывались также Каир, Афины, Рим, Сицилия и Иерусалим. Однако советская сторона, несмотря на возражения американцев, настояла на проведении конференции на своей территории.

Черчилль, как и американцы, не хотел ехать в Крым и отмечал в письме Рузвельту, что «там ужасный климат и условия».

Тем не менее, местом встречи был выбран именно Южный берег Крыма и конкретно Ялта, которая была менее разрушена после оккупации.

«Эврика» и «Аргонавт»

Что разрешил Сталин британскому премьеру, который так не хотел выбираться в Крым, так это дать кодовое название конференции, которое упоминалось в секретной переписке. А именно «Аргонавт». Брюзга Черчилль предложил это название, как бы проводя параллель между античными героями древнегреческих мифов, отправившихся в Причерноморье за золотым руном, и участниками Ялтинской конференции, которые отправляются практически в те же места, но «золотым руном» для них станет будущее мира и раздел сфер влияния.

Не случайно и Тегеран–43 показал сближение позиций глав трех великих держав, которые действительно нашли общий язык и пути к полноценному сотрудничеству.

Самолеты, зенитки, корабли и бронепоезда: безопасность превыше всего

Хотя в феврале 1945 года война была в завершающей стадии, вопросам безопасности участников Ялтинской конференции уделялось повышенное внимание.

По данным российского писателя и историка Александра Широкорада, которые он приводит в своей публикации в «Независимом военном обозрении», для обеспечения безопасного проведения встречи были привлечены тысячи советских, американских и британских сотрудников служб охраны и безопасности, корабли и авиация Черноморского флота и ВМС США и Великобритании. Со стороны США в охране президента участвовали подразделения морской пехоты.

Противовоздушную оборону только принимающего делегации аэродрома Саки составляли более 200 зенитных орудий. Батареи были рассчитаны на ведение семислойного огня на высоту до 9000 м, прицельного огня – на высоту 4000 м и заградительного огня – на расстояние до 5 км до аэродрома. Небо над ним прикрывали свыше 150 советских истребителей.

В Ялте было развернуто 76 зенитных пушек и почти 300 зенитных автоматов и крупнокалиберных пулеметов. Любой самолет, появившийся над районом проведения конференции, должен был немедленно сбиваться.

Охрана шоссейных дорог обеспечивалась личным составом семи контрольно-пропускных пунктов в составе более 2 тыс человек.

При проезде автомобильных кортежей участвовавших в конференции делегаций по всей трассе их следования прекращалось все остальное движение, а из жилых домов и квартир, выходивших на трассу, были выселены жильцы – их место заняли сотрудники госбезопасности. В Крым для обеспечения безопасности дополнительно было переброшено около пяти полков НКВД и даже несколько бронепоездов.

Для охраны Сталина вместе с советской делегацией в Юсуповском дворце в поселке Кореиз было выделено 100 сотрудников госбезопасности и батальон войск НКВД в количестве 500 человек. Для зарубежных делегаций, прибывших с собственной охраной и службами безопасности, советской стороной была выделена внешняя охрана и коменданты для занимаемых ими помещений. В распоряжение каждой иностранной делегации выделялись советские автомобильные подразделения.

Достоверных данных о том, что Гитлер намеревался устроить покушение на своих противников в Крыму, нет. Да и не до этого ему тогда было, когда советские войска стояли уже в сотне километров от стен Берлина.

Русское гостеприимство: икра с коньяком, но без птичьего молока

Сакский аэродром стал главным аэродромом для приема делегаций, прибывающих в Крым. В качестве запасных рассматривались аэродромы Сарабуз под Симферополем, Геленджик и Одесса.

Сталин и делегация Советского правительства прибыла в Симферополь на поезде 1 февраля, после чего отправился на машине в Ялту.

Самолеты Черчилля и Рузвельта приземлились в Саках с промежутком примерно в один час. Здесь их встречал нарком иностранных дел Вячеслав Молотов, другие высокопоставленные лица СССР. В целом в Крым с Мальты, где накануне проходила встреча американского президента и британского премьера, было доставлено 700 человек, входивших в состав официальных делегаций США и Великобритании на встречах со Сталиным.

В частности, были установлены три большие палатки, где стояли столы со стаканами сладкого чая с лимоном, бутылки водки, коньяка, шампанского, тарелки с икрой, копченой осетриной и семгой, сыром, вареными яйцами, черным и белым хлебом. Это притом, что в СССР еще действовали продовольственные карточки, а Крым менее года назад был освобожден от оккупантов.

Книга Гурковича о бытовых и неофициальных подробностях проведения Ялтинской конференции вышла в свет в 1995 году и стала первым подобным изданием на эту тему. Краевед собирал свидетельства еще живых на тот момент участников событий: охранников – сотрудников НКВД, поваров, официантов, летчиков, обеспечивающих «чистое небо» над Крымом.

Он говорит, что, по свидетельству одного из поваров, готовившего блюда для приема на Сакском аэродроме, никаких ограничений в яствах и напитках не было.

«Все должно было быть на самом высоком уровне и, наша страна должна была подтвердить этот уровень. А столы действительно ломились от всевозможных деликатесов», — отмечает крымский краевед.

И это только на столах официальных делегаций. А американских и английских летчиков принимали в Сакском военном санатории имени Пирогова, где было подготовлено порядка 600 мест для них. Русское гостеприимство проявилось и здесь. Им готовили по меню, утвержденному специальным приказом начальника тыла Черноморского флота. По словам очевидцев, столы также ломились от изобилия: на них было все, кроме птичьего молока.

Черчилль курил сигару в Симферополе, а Сталин брился в Алуште

На самом деле секретной эту остановку премьер-министра Великобритании в Симферополе, в доме на улице Шмидта, 15, назвать нельзя. По пути следования кортежей из Сак было предусмотрено несколько мест возможных остановок для отдыха. Одна из них была в Симферополе, а вторая в Алуште. Первой из них воспользовался Черчилль по пути в Ялту, а второй Сталин.

Дом по улице Шмидта в Симферополе ранее был домом приемов, или иначе гостиницей Совета народных комиссаров Крымской АССР. Во время оккупации там проживали высокопоставленные офицеры вермахта, поэтому здание и внутренние помещения были достаточно ухоженными и готовыми к приему высоких гостей.

Сэр Уинстон Леонард Спенсер-Черчилль был известным любителем коньяка и сигар, которые он употреблял не жалея своего здоровья. При перелете с Мальты, а это достаточно долгий путь, он отправил телеграмму Сталину, что уже в полете и «уже позавтракал». А на аэродроме в Саках союзников встречало не менее теплое гостеприимство, с армянским коньяком и шампанским для британского премьера.

Как отмечает Владимир Гуркович, ничего необычного в остановке Черчилля в Симферополе нет. Ему, скорее всего, необходимо было время для того, чтобы «прийти в себя, подумать и в очередной раз выкурить сигару». А пробыл он в гостевом доме не более часа, и действительно, выйдя на балкон, по свидетельству одного из сотрудников госбезопасности, выкурил традиционную сигару.

Гуркович также приводит данные о том, что председатель Совнаркома СССР Иосиф Сталин после приезда в Крым останавливался в Алуште — на так называемой даче «Голубка» отставного царского генерала Голубова, на первом этаже. » Здесь он отдохнул и побрился», — свидетельствовала архивная запись, найденная Гурковичем.

«Голубка» примечательна еще и тем, что именно здесь останавливался будущий наследник престола Николай Александрович (Николай Второй) и его будущая супруга Александра Федоровна в 1894 году, после благословения их брака умирающим в Ливадии императором Александром Третьим.

Франклин Делано Рузвельт из Сак без остановок сразу направился в Ливадийский дворец.

Рузвельт и Черчилль уже после конференции посетили Севастополь, который лежал в руинах. А британский премьер побывал в Балаклаве, где один из его предков погиб в Крымской войне (первая оборона Севастополя 1854-1855 годов). Впрочем, в своих мемуарах он об этой поездке не упоминает.

Сталин к Юсуповым, Рузвельт к Романовым, Черчилль к Воронцовым

Основным местом проведения встречи стала Ливадия — бывшее имении российских императоров, начиная с Александра Второго. Известный всем Ливадийский дворец был построен в 1911 году архитектором Николаем Красновым для последнего из Романовых, Николая Второго.

Именно Ливадийский дворец был определен и главной резиденцией делегации США на переговорах, которую возглавлял Рузвельт. Президент Соединенных штатов с 1921 года был прикован к инвалидной коляске из-за полиомиелита и был ограничен в перемещениях. Поэтому Сталин, чтобы лишний раз не подвергать риску здоровье Рузвельта и создать ему комфортные условия, для работы определил Ливадию — как для размещения делегации США, так и заседаний саммита «Большой тройки».

Черчиллю и делегации Великобритании достался не менее роскошный дворец генерал-губернатора Новороссии графа Воронцова в Алупке, который строился по проекту английского архитектора Эдварда Блора.

Сталин выбрал для своей резиденции дворец князя Юсупова в Кореизе.

Ряд исследователей отмечают, что такое расположение было выбрано, якобы не случайно: Кореиз расположен между Алупкой и Ливадией, и Сталин мог наблюдать за всеми перемещениями союзников.

Мягко, говоря, это не так, или не совсем так. Службы наблюдения и прослушки советской госбезопасности работали на высоком уровне, поэтому вряд ли Сталин стал бы отдергивать занавеску и наблюдать, с какой частотой курсируют кортежи между английской и американской резиденциями.

Мебель и продукты доставляли эшелонами

Дворцы Южнобережья после оккупации выглядели весьма плачевно. Немцы старались вывезти все максимально ценное из предметов обстановки и оформления. Поэтому с советской стороны были предприняты колоссальные усилия для максимально комфортного проведения конференции.

Достаточно сказать, что для этого в Крым было доставлено свыше 1500 вагонов оборудования, строительных материалов, мебели, сервизов, кухонной утвари и продовольствия.

На ремонт одного только Ливадийского дворца было затрачено 20 тысяч рабочих дней. В Ливадии, а также в Кореизе и Алупке были сооружены бомбоубежища, поскольку не исключалась возможность налета вражеской авиации.

Рузвельт, который с опаской ехал на саммит, был, тем не менее, восхищен дизайном своих апартаментов. Все было в его вкусе: шторы на окнах, драпировки на дверях, покрывала на кроватях его и дочери и даже телефонные аппараты во всех комнатах были голубого цвета. Этот цвет был самым любимым цветом Рузвельта и, как он выражался, «ласкал его голубые глаза».

В Белом зале дворца, где проходили основные заседания конференции, был смонтирован круглый стол для переговоров Большой тройки. Для рабочих нужд членов делегаций подготовили бывшую биллиардную, где было подписано большинство документов, внутренний Итальянский дворик и весь садово-парковый ансамбль.

Анеля Микерина
Оцените автора
Туристический портал Крыма
Добавить комментарий